Helga R. (wolwo) wrote,
Helga R.
wolwo

Недельный дыбр, часть вторая.

В воскресенье Котёна проснулась довольно рано, так что и нам пришлось. После завтрака решили ехать на метро к Карлову мосту, гулять через него в центр, а там - как пойдёт.

Уже на этапе похода к метро Котёна закатила скандал - желала ехать исключительно на мне, а я после субботы таскать её не очень могла, ибо у меня тут же начинала болеть спина, а боль отдавать в левую ногу, особенно неприятно в колено. В какой-то момент к её рыданиям присоединилась и я сама - пмс такой пмс. Кое-как до метро мы добрели, а там стало получше - интересно же! На эскалаторе можно постоять, в поезде посидеть у мамы на коленках, на станции побегать - красота. Но как только мы оказались на улице - "маменаруки!".

Медленно и печально дошли мы дворика музея Кафки - там Котёна согласилась побегать, до того на берегу реки, где паслись лебеди, тоже согласилась чуть-чуть поскакать, у моста мы купили по трдельнику и под это дело уговорили её сесть в коляску, но везти не могли - зато в тишине и покое я смогла скормить ей клубнику, и этого хватило на полмоста. Посреди моста Котёна велела вынимать её и тащить. Набежали тучи, пытался заморосить дождь, зонты остались в машине. Ойвей.

Ещё раз удалось посадить в коляску, пообещав ей блинчик. За блинчиком пошли на главную площадь - там проходил пасхальный базар с разной едой. Блинчик мы добыли, половину его ребёнку скормили и понадеялись, что уснёт в коляске, ну, а вдруг?! Но нет. Постепенно начался скандал и дождь - это сочетание нас окончательно подкосило, мы решили возвращаться в отель и спать ребёнка там. Сделали это, вроде, с относительно малой кровью, хотя, если честно, я и не помню... В отеле Котёна быстро уснула, ПалСаныч тоже задремал, а меня начало знобить.

Пока ребёнок спал и после того, как подремал ПалСаныч, мы успели пообедать. Я обратила внимание на то, что почему-то побаливает правая грудь - пропальпировала, ничего страшного не нашла, но было больно, причём где-то внутри (до того я списывала боль на чувствительный сосок, которому уже не одну неделю больно при прикладывании). Тут Котёна проснулась и затребовала молока - пока я ей его доставала, обнаружила на прокладке жёлтую каплю. А градусник меж тем показывал 37.2. Я впала в истерику, связав озноб и гнойную каплю из болящей груди воедино и нарисовав себе ужасов. Попыталась сцедить, получила две капли желтоватые, потом нормального вида молоко. Успокоилась чуть-чуть. Покормила деточку. Мы какое-то время посидели в номере, переждали дождь, а потом собрались ехать ужинать.

По дороге к трамваю и метро повторилась утренняя картина с воплями и "маманаруки". Пришлось завернуть на детскую площадку - в конце концов, мы же ехали в Прагу копать! Пока ребёнок возился в песочнице, в которой валялась куча бесхозных игрушек, я решила покачаться и упала с качели - спасибо, не получила ею же по голове. Блин. Когда мы дошли до остановки, нужный трамвай ушёл из-под носа, поэтому мы решили ехать на метро, а потом пересаживаться на трамвай, коих правильных там становилось аж три, а не несчастный один. К ресторану мы подъехали практически одновременно с нашей подругой, которая оставила свою компанию и решила присоединиться к нам.

Есть мне не хотелось, меня потряхивало, никак было не согреться, мучала жажда - я почти залпом выпила бутылку безалкогольного пива и тут же заказала ещё одну. Заказала салат, кое-как его проглотила. Остальные поели более качественно, только Котёна еду отвергала, хотя съела потом чуть Пашиной утки. Начали одеваться, чтобы уходить, Котёна хотела непременно сама надеть кофту, стоя на скамейке, у неё не получалось, помогать она не давала, прыгала и вырывалась, в общем, в итоге, она оступилась и полетела на пол - ровно туда, куда она до того разлила воду. Полетела лицом вниз, между скамейкой и выступом на ножке стола, приходящимся на уровень глаз. Я представила себе тут же разодранный кровавый глаз, подняла орущего на весь ресторан ребёнка, увидела, что на лице нет никаких ран, долго дула на неё, взяла на руки, ребёнок почти сразу успокоился. Начала рыдать я. Продолжила рыдать в трамвае, хотя Котёна уже радостно хохотала...

Добрались до отеля - у входа нас ждал муж подруги, который остался без ключей и стоял у ворот уже полчаса. Ойой. Градусник показал мне 38.2, хотя ещё в ресторане я дёрнула ибупрофена. Себя стало жалко. Котёна уснула далеко не сразу, а когда уснула, я убежала из номера и позвонила Насте проконсультироваться по поводу груди. Разговаривали полчаса. В основном - я жаловалась и рыдала. Но про грудь решили, что ничего страшного особо быть не должно. Поговорив, отправилась в душ. Разделась, значит, перед зеркалом и охренела - чёткими красными линиями на груди была нарисована карта какой-то таинственной страны. Пришлось послать Насте порнографическое фото и получить ответ, что так может таки выглядеть лактостаз. Поскольку охлаждать грудь было нечем, я понадеялась на то, что Котёнок за ночь хоть что-нибудь да выпьет, и мы улеглись спать в относительно приличное время.

В понедельник после завтрака с друзьями оплатили отель, быстро собрались и без четверти одиннадцать выкатились в сторону дома. Котёна быстро уснула, я тоже задремала. Через полтора часа мы уже были в Германии, и там шёл снег. Блин. Мы сделали паузу, перекусили, Котёна попрыгала, переждали снегодождь - поехали дальше. Когда через деревни объезжали пробку у Нюрнберга, Котёну вырвало - тем самым помидором, который я скормила ей из своего бутерброда, купленного на заправке. Ну, может, не помидор виноват, а укачало так мерзко. Но, чую, дело всё-таки больше в помидоре. Хорошо, что Паша смог сразу остановить машину и помочь мне привести всё это в порядок. Как ни странно, Котёна поспала в машине ещё раз. После этого мы сделали ещё одну короткую остановку - бегать Котёна не хотела, но мы её чуть заставили.

В Карлсруе приехали около шести, проведя в дороге семь часов. Поехали сразу в клинику, где Котёна появилась на свет. У дежурного врача, к счастью, сразу было время на меня. Котёна, правда, меня не отпустила, пришлось взять её с собой. Уже с утра карта таинственной страны, нарисованной на груди, покраснела, а внутри нащупалось уплотнение. Меня пять раз спросили, не охлаждала ли я грудь - эх, было бы чем! Пока меня смотрели на УЗИ, Котёна сидела рядом на кушетке и выла, а я гладила её и шшшшипела. Лицо у доктора чуть изменилось, я - практически в шутку! - спросила, не абсцесс ли там. Доктор озабоченно покачала головой и сказала, что не уверена. Ыыыыыы. У меня покатились слёзы, но надо было утешать Котёну, так что я быстро собралась. Пришла обер-докторица, согласилась, что выглядит неоднозначно, но пока точно не прям абсцесс-абсцесс. Мне выписали антибиотик, разрешили дальше кормить, описали перспективы - если за сутки не станет легче, прийти к ним на стационарное лечение, если внутривенный антибиотик тоже не поможет, то надо будет вскрывать. Окрылённая, блин, услышанным, я убежала от них. На работу просили они не ходить, тем более, если есть возможность пару дней посидеть дома без больничного. При ухудшении велели сразу к ним возвращаться, а так сходить на контроль к своему гинекологу, если та не в отпуске (Пасха же).

Из дома написала Анне, рассказала расклад - я должна была выйти на шефское отделение на этой неделе, в среду дежурство, которое мне нужно было непременно отработать и получить законный выходной на следующий день, потому что запланирована была важная встреча. Но рассекать по шефскому отделению с хладагентом в лифчике было бы странно, поэтому я решила во вторник на работу не ходить.

Мы доехали, наконец, до дома. На кухне нас ждал кулич и блюдо с пасхальными яйцами, а, и немецкий пасхальный пирог с крошками -
как бабушка делает. Это мама нам привезла, пока нас не было. Котёну было не угомонить - слишком много пережито. Так что спать улеглась она только к одиннадцати. Ну и мы когда-то после неё тоже. Градусник ещё показал 37.8 напоследок, больше температура не повышалась.

Вторник мы провели всей семьёй дома. Я маниакально охлаждала воспалённый участок. После Котёниного дневного сна вышла с ней на прогулку - минут 40 она продержалась, потом вернулись. Паша выкупил мне в аптеке антибиотик. Я выяснила, что моя врач действительно в отпуске, а заместитель страшно занят, но мне таки разрешили прийти в среду в 13:30 на контроль - немного поздновато, чтобы решать, дежурю я или нет. И так меня это запарило, хотя клинически были видны улучшения, что я решила поговорить с Сюзанной, моей коллегой из гинекологии, с которой я когда-то работала ещё в онкологии и которая уже в своём гинекологическом амплуа принимала у меня роды. Сюзанна перезвонила мне ровно в момент, когда я Котёна истерила во время переодевания ко сну - пришлось оставить истерить её с Пашей, а самой уйти на балкон. Описала ей ситуацию, пояснив, что хочу сходить в клинику, чтобы меня посмотрели прям с утра и сказали, что всё хорошо. Сюзанна - прелесть и вообще, всё мне организовала. Заодно я выяснила, что Сюзанна уже полтора года у нас не работает. Эх! Но контакты остались - это круто.

В рабочий чатик я написала просьбу подстраховать меня на случай, если всё стало хуже и дежурить я не смогу. Спасибо, что почти сразу откликнулась Николь. Это вообще хрень, конечно, когда едешь утром на работу и не знаешь, будешь ты дежурить или нет, мало кто на это пойдёт добровольно.

Уснул ребёнок во вторник чёрт знает когда опять, рассказывая мне всякое разное - то песню про колобка споёт, то расскажет, кто у нас хороший - поимённо, то за папой пойдёт, то воды попросит, то куклу Любу приголубит. Ыыыыыыы!

В среду в сад ушла Котёна со скандалом, не хотела со мной прощаться, хотела со мной остаться. Но успокоилась к концу квартала... Я около десяти уже была в больнице - меня посмотела та же доктор, что и в понедельник. Успокоила, что всё прекрасно - никаких даже намёков на абсцесс теперь нет. Я прям воспряла.

В гости приехала мама, Паша в полдень забрал Котёну из сада (как ему не хотелось выходить в дождь и слякоть, но что делать, блин), привёл деточку и подарками - к ним в сад приходил пасхальный заяц и принёс, как водится, яйца, но не только - этот гад ещё и шоколадного зайчика притащил! Котёна сняла обёртку и откусила зайчику уши, потом голову. Ыыыы. Потом мы отобрали. Положила её спать, пока она спала, мама уехала в город. Мы с ПалСанычем пообедали, заполировали привезёнными мамой плюшками. Котёна проснулась в три, Паша уехал в магазин, а я в начале пятого убегала на работу. Так что час у меня был ещё на общение с ребёночком, который последние минут 10 меня игнорировал, целовать на прощанье не хотел, а когда увидел, что я всё-таки ухожу, начал истерить. Ыыыыыыы. Как мне потом доложили, орала она 40 минут, из них 35 при маме и ещё пять после Пашиного возвращения. При этом Паша забеспокоился за мою маму, потому что обнаружил её сидящей на диване, а Котёну орущей и колотящей во входную дверь. Сердце моё перевернулось тыщу раз. Бедная моя девочка...

Ну а про дежурство и последежурство, видимо, в части третьей - глаза закрываются :)
Tags: Котёнкопутешествия, жизнь - боль, сон в жизни человека не главное, яжмать
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments